Целую неделю Шабат и его свита прожили у Ахан-ипа, но тот и не думал отпускать их. Ахан-ипа любил задерживать у себя гостей. Люди Шабата начали скучать и от безделья слонялись по двору.

Как-то вечером во двор Ахан-ипа въехал на прекрасном коне неизвестный всадник с ружьем за спиной. Он приветствовал гостей и, отозвав хозяина в сторону, поговорил с ним о чем-то и направился к воротам. Не успел он выехать со двора, как один из свиты Шабата крикнул ему вдогонку:

— Хорошо было бы встретить на дороге такого всадника да отобрать у него коня и ружье!

На другой день Ахан-ипа отпустил гостей. Князь Шабат и его свита возвращались домой с песнями и радостными криками. Люди Шабата вели на поводьях сотню лошадей — подарок Аханипа. Вдруг им перерезал дорогу незнакомый человек, тот самый, которого они видели у Ахан-ипа, и крикнул:

— Вот лошадь и ружье, которые вам так понравились! Ну-ка попробуйте их отобрать!

От такого внезапного окрика сам Шабат и его спутники растерялись, а незнакомец, как ястреб, кинулся на остановившихся в замешательстве всадников, посбрасывал их с седел на землю и угнал всех лошадей.

Князь Шабат и его люди готовы были от стыда провалиться сквозь землю. Вернуться пешими домой или к Ахан-ипа было страшным позором. Да притом еще они не знали имени того, кто их спешил:

— Знать бы, кто он такой, авось, можно было бы найти хоть какое-нибудь оправдание нам,— сказал князь.

Тогда один из свиты посоветовал:

— Пошли кого-нибудь к Ахан-ипа. Пусть посланец ему скажет: «Где-то здесь у тебя князь Шабат потерял кошелек. Потеря не так важна, но князь знает, что ты, найдя его, будешь беспокоиться. Вот он и прислал меня сообщить тебе об этом». Хозяева начнут искать и ничего не найдут. Тогда посланный пусть скажет: «Это не беда! Наверное, кошелек взял тот всадник, который вчера был здесь. Мы видели, как он поднял что-то с земли. Кто был тот человек?»

Такой совет всем понравился, и Шабат сказал предложившему:

— Раз ты придумал, ты и отправляйся!

Посланный явился к Ахан-ипа и объяснил причину своего возвращения. Кошелька, конечно, нигде не могли найти.

— Ничего, ничего, это не беда. Наш князь от этого не обеднеет,— сказал тогда посланный.— К тому же мы вчера заметили, как заезжавший к тебе всадник, нагнулся и что-то поднял. Может быть, он-то и взял кошелек.

— О-о! Это был Ажгерей-ипа Кучук,— со вздохом сказал Ахан-ипа.— Не говорите никому о том, что вы видели, а то это может дойти до него, он рассердится и тогда разделается и с вами, и со мной! С ним лучше не связываться!..

Посланный вернулся и рассказал князю обо всем.

— Спасибо,— сказал Шабат.— В самом деле, с Кучуком лучше не сталкиваться. Он осрамил уже многих князей, а друзей у него больше, чем нас, князей. Ведь я боялся, что кто-то другой подшутил над нами!

В дороге их застал ливень, и Шабат вернулся домой вымокший, весь в грязи. Обо всем случившемся узнал народ, и с тех пор Золотого Шабата стали называть Грязь-Шабат.